Главная » Файлы » Законодательство » Тольятти отбилось!

Тольятти-2003 - статья из интернета
2016-03-30, 7:44 PM

Краткая история борьбы тольяттинцев против "ступеней" в коротком правдивом изложении журналиста.

Вывод печальный: давление на наше образование не ослабевает, а усиливается, и лишь конкретная позиция конкретного чиновника - мэра города, накануне выборов решившего не рисковать взбудораженным электоратом, остановила в Тольятти 13 лет назад этот маразм.

Кстати, до сих пор в Тольятти всего две школы перешли на "ступени", и там это было действительно оправдано, не потребовало ничего уничтожать, было согласовано с родителями.

Самарская область


Жаркие страсти по "реструктуризации"

 

О школе всегда принято говорить как о чем-то светлом, отрадном и важном. Родители, вспоминая свою школу, стремятся, чтобы их дети с радостью набирались «разумного, доброго, вечного». Когда-тострана была «впереди планеты всей» и по уровню образованности. В 1936 году было покончено с неграмотностью, а вскоре после Великой Отечественной войны государство нашло средства перевести детей на всеобщее среднее школьное образование. Для чего? Чтобы знания делали нас сильными. Претерпев некоторые изменения, российская система школьного образования по-прежнему является одной из передовых.

Заграница нам поможет
Однако с подачи международных фондов, например, Джорджа Сороса, на ниве российского образования продолжаются реформаторские изыски. Трудно представить, каким бесконечно великодушным должно быть сердце американского миллионера, который с поразительной настойчивостью заботиться о содержании образования для наших детей. Почему и как надо составлять программы, какие предметы изучать, а какие сокращать или вообще исключать из программ — все это стало насущной заботой различных международных фондов, которые, не стесняясь, предлагают кредиты. Но, например, одна из программ («Изменения» РАПС), подготовленная на средства фонда Сороса, не была внедрена в российские школы из-за протестов родителей.

Ежегодно на кредиты МВФ (под проценты) в России проводятся конкурсы на новые учебники (дети не успевают покупать книжки — то редакция новая, то авторы сменились), средства занимаются под реструктуризацию образования. И за последнее десятилетие, по мнению академика РАО В. Г. Разумовского, наша школа американизировалась в самом плохом смысле слова. В ущерб изучению основных наук введены второстепенные предметы (общее количество изучаемых в школе дисциплин увеличилось в два раза!). А ведь известно, чем незначительнее курс, тем несерьезнее к нему отношение, тем больше в нем профанации. Обо всем этом пишет «Родительская газета» (март 2003 г), издаваемая тольяттинской общественной организацией «Ассоциация родителей». Цитирую: «в стране идет эксперимент по развалу отечественного образования, да еще в долг, с процентами…»

Тольятти — площадка для эксперимента

На этот раз областной департамент образования решил, что удачной площадкой для очередного эксперимента станет Тольятти. Оказалось, что предлагаемая «реструктуризация школьных сетей Тольятти» может повлечь за собой тот факт, что наших детей и внуков разбросают по разным школам района и даже города. Дело в том, что эксперимент, настойчиво внедряемый сегодня автором проекта, директором тольяттинского департамента образования Е. И. Ереминой, предполагает разделение учащихся на 3 ступени обучения: школы начального звена (1—4 классы), среднего (5—9) и старшего (10—11). Этот и другие факты вызвали возмущение родителей и общественности.

А общественность — против

Обсуждение проекта «реструктуризации» прошло на педагогической конференции, которую организовал президиум педагогической секции Совета ветеранов войны и труда Автозаводского района. Невозможно привести все высказывания педагогов-ветеранов, имеющих не только заслуженные награды и знаки отличия, но и многолетний опыт работы в школе. Поэтому позволю себе лишь отдельные выдержки.

Ее председательствующий, бывший директор школы, ветеран Великой Отечественной войны и труда Антон Петрович Савельев в своем выступлении отметил, что наша российская советская школа подарила миру замечательных ученых, писателей, философов. Россия и сегодня является одной из могущественных держав мира. Так почему вдруг возникла необходимость «реструктуризировать» отечественную систему школьного образования по образцу существующих школ в Мексике, Аргентине и Бразилии, как предлагают авторы данного проекта? Каких успехов достигли в своем развитии эти страны, так что Россия должна брать с них пример?

В супермаркет — за знаниями

С анализом проекта «Реструктуризации образовательных сетей г. Тольятти» выступила бывший директор школы, заместитель председателя Совета ветеранов войны и труда Автозаводского района Л. С. Купицкая. Людмила Сергеевна зачитала отрывок из основополагающих документов проекта:
«Инновационность данной парадигмы „Реструктуризация общеобразовательной сети“ заключается в маркетинге образовательных программ, в вариативности и элективности для каждого клиента определенной возрастной субкультуры и широкой сети мониторинга всего этого процесса»…
В зале послышался смех. Но Людмила Сергеевна невозмутимо продолжила:

— Вот таким образом составлена и выражена главная суть проекта…Я решила дословно перевести все иностранные слова, чтобы понять его положительную суть. Но ни в одном словаре не нашла слова «реструктуризация», и спросила об этом в департаменте образования. Что это — реформа, усовершенствование, улучшение? Нет, ответили мне, здесь имеется в виду «частичное изменение в системе».
На греческом слово «парадигма» обозначает пример, образец. Так вот, если перевести всю эту непонятную фразу на русский язык, то можно понять, что новое, предлагаемое нам в результате дорогостоящего преобразования, — это замена педагогической проблемы на проблему экономическую. Купили — продали. Но и это еще требует «вариативности и элективности (то есть будем продавать различные варианты программ).

Мало того, учащиеся будут еще и выбирать эти программы (которые им понравятся). Но еще более меня поразило то, что теперь наши ученики станут «клиентами» этой системы, да еще и «определенной возрастной субкультуры…»
В результате проведения такой «реструктуризации», по мнению Людмилы Сергеевны, существующая система общего школьного образования, должна будет представлять некий супермаркет по западным меркам. Здесь все сияет, все — в блестящих упаковках, и все разделено по секциям на предмет «субкультуры» (где секция дошкольной субкультуры — там стоит воспитатель детского сада, где начальной — там учитель начальных классов и т. д.). В этих секциях учителя торгуют своими услугами, а ученики, то есть клиенты, и их родители, приходят и смотрят, какая упаковка по ярче, по интересней. Но никто не знает, что там, в этой упаковке, потому что о содержании образования, о его сути в проекте «реструктуризации» не говориться вообще. Только о внешних преобразованиях.
— Когда я училась в институте, — говорит Купицкая, — мы изучали систему образования Англии. Она до сих пор не изменилась, хотя складывалась на протяжении столетий согласно их экономическим условиям. Наша система была и остается самой новой, современной. Когда-то в Тольятти приезжали перенимать опыт даже из других стран. И сегодня наши ученики занимают первые места на олимпиадах и международных конкурсах.
Может быть, не все в этой системе устраивает учителей, но, по крайней мере, система работоспособна, она дает возможность и учить, и воспитывать… Конечно, совершенству предела нет, да и время не стоит на месте. Но нужно быть очень осторожными, когда перестраиваешь СИСТЕМУ образования — все должно базироваться на очень серьезном теоретическом материале и большом практическом опыте…

К чему приведет «ступенизация» школы?
Возвращаясь к проекту, Л. С. Купицкая заметила, что большие трудности, а может и беды, принесет с собой объединение детей в школах по возрастной категории. Что бывает, когда малышей собирают в одном месте? А если среднюю ступень выделить в отдельную школу, когда подростки, а это самый трудный возраст, придут в школу, не зная никого — ни учителей, ни товарищей, ни завучей, ни директора? Какой педагог не знает, как сложно сегодня добиваться учебной дисциплины? А значит, как подчеркнула Людмила Сергеевна в «тон» авторам проекта, это будет «расширение и углубление девиантного (неустойчивого психологического, иногда криминального — примеч. авт.) поведения школьников». Почему? Потому что в свой самый трудный возраст ребята окажутся один на один с учителями, при чем за воспитательный процесс школьников официально никто ответственности не несет.

В проекте главный упор делается на создание множества вариантов программ. Но это в Тольятти уже есть! Есть валеологическая, физико-математическая школы, лицеи, даже частные школы существуют. Так зачем же теперь все это снова ломать? Собирать детей и педагогов в новые коллективы, что для учеников довольно болезненно? Ведь тогда и понятие коллектива полностью исчезнет, а все прекрасно знают, что без коллектива, один на один (учитель — класс), существовать школа не может.
Сейчас, как подчеркнула Л. Купицкая, это никому не нужно. Авторы проекта считают: заплати — и получишь ту услугу, которую захочешь. Но зато для этого они предполагают расширить аппарат чиновников. В департаментах образования должны быть созданы головные центры управления, в каждом районе — базовые центры управления, потом центры управления физкультуры и спорта, психологии и педагогики, глобальный информационный центр, наркологический и т. д.
«Никто не говорит о том, что это плохо. Но надо бы по одежке протягивать ножки. Если человек живет от пенсии до пенсии, он не станет затевать в квартире евроремонт. Ни в городе, ни в стране нет средств ни на здравоохранение, ни на образование, — в словах Людмилы Сергеевны звучала горечь. — Мы столько проработали, но не слышали, чтобы в школах горели дети. Это страшно! Дети гибнут в огне из-за того, что у школ нет средств на ремонт, на замену электропроводки! И просто удивительно, когда нет средств на пустяки, вдруг находятся деньги на такие глобальные проекты. А посмотрите, сколько детей сегодня вообще не учатся! Сегодня у нас нет средств, чтобы защитить детей от наркомании и алкоголизма, нет центра, где они могли бы получать квалифицированную медицинскую помощь. Поэтому нам, педагогам, этот проект „реструктуризации“, по меньшей мере, представляется странным…»

А что говорят ученые?

Против основных мер в рамках «реструктуризации» школьного образования выступил президиум Российской Академии наук. Свое отрицательное мнение высказали многие академики, члены-корреспонденты РАО, профессоры, видные ученые и общественные деятели. Цитаты и выдержки из соответствующих документов, статей и обращений были зачитаны на конференции.
В выступлении З. Н. Королевой, педагога-историка по образованию, отмечалось, что реформа подразумевает собой преобразование, усовершенствование. Проект «реструктуризации» этого не предусматривает, зато разрушает все то, что создавалось в Тольятти последние тридцать лет, чего допустить просто нельзя. Цитирую: «При переводе всей школьной системы на „экономические“ рельсы даже талантливые дети из малоимущих семей не смогут получить среднего образования, окажутся „за бортом“ общества. При экономической несостоятельности большинства населения России в академических школах смогут, наверное, обучаться 5—8% детей. А остальные? Им будет достаточно 4-х классов?»
Было предложено узаконить в правах попечительские советы, которые имели бы свои счета в банке, чтобы деньги, которые собираются с учеников, были подконтрольны и шли на нужды школы. Предлагалось укрепить систему УПК.

Многие выступавшие подчеркивали, что современная школа нуждается во многом, но не в усилении чиновничьей власти. Роль образовательного учреждения и учителя не должна низводится до роли торговца. Нельзя позволять себя оболванивать «реструктуризацией» на западный манер. «Нам предлагают разрушить все ценное, что имеет наша школа, — говорила педагог, ветеран Людмила Григорьевна Есенина, — системность образования, доступность, преемственность, единый минимум образовательных стандартов…»

Почему «реструктуризации» сказано — «нет!»

В выступлении представителя общественной организации «Ассоциация родителей» г. Тольятти прозвучали поистине вопиющие факты: когда они пытались пройти на родительские собрания, организованные в некоторых школах для рекламы предлагаемой «реструктуризации», их просто выгоняли от туда, или вообще не впускали. Прозвучала на конференции и информация о том, что некоторым педагогам и директорам чиновники из департамента образования откровенно пригрозили: «пикните — выгоним с работы!»
Но хотят ли родители, чтобы их детки «скакали» из школы в школу и ездили в другой район города, чтобы учится именно в той школе, которая пообещает нужный профиль обучения? Ведь в некоторых кварталах вообще не будет школы начальной ступени обучения, поскольку не везде есть нужное количество школьных зданий. Конечно, и сегодня дети перемещаются по городу. А если поездки станут массовыми? Представьте, сколько времени, денег, нервов, здоровья будет затрачено на переезды при сегодняшней изношенности общественного транспорта (в городе не хватает ни автобусов, ни троллейбусов).
Останется ли доступным среднее образование для основной массы населения России? Дифференциация учебных заведений (по принципу академичности и неакадемичности) действительно напоминает супермаркет, а там мы покупаем только те товары и услуги, которые нам по карману. Так для чего же и кому нужно, чтобы в России росло число малообразованных людей? Все эти вопросы задавались на педагогической конференции.

Постановление было категоричным: проект реструктуризации образовательных сетей в Тольятти считать противоречащим законодательству РФ, нереальным в выполнении и вредным по сути, так как он предусматривает полное разрушение существующей системы школьного образования, которая доказала свои положительные качества, высокую эффективность и результативность в течение десятилетий. …

Данная реструктуризация системы образования насаждается в Тольятти командно-авторитарным способом «сверху», что противоречит демократизации образования, не учитывает социальный заказ родителей и общественности города.
Предлагаемый проект противоречит закону об образовании, поскольку исключает существование в г. Тольятти средних общеобразовательных школ (обучение с 1 по 11 классы), средних общеобразовательных школ с углубленным изучением отдельных предметов, существование гимназий и лицеев…
Всего постановление насчитывало более 8 пунктов в защиту отечественной системы образования. Педагогическая конференция единогласно приняла столь категоричное решение.
Чтобы быть объективными — слово департаменту
Для того, чтобы быть объективными, мы обратились за разъяснениями к директору тольяттинского департамента образования Елене Ереминой. Елена Ивановна во встрече не отказала, но разговаривать о своем проекте отказалась, подчеркнув, что «проект — это теоретическое исследование на тему: как создать наиболее оптимально образовательную сеть в городе».
«Совершенно очевидно, — сказала она, — что не каждый проект внедряется с абсолютной точностью, и конечно, каждый проект, в процессе реализации, претерпевает какие-то изменения. Это говорит о чем? Что теоретическое исследование на тему, как оптимизировать школьную систему, осталось на сегодня теоретическим исследованием. Это говорит о том, что совершенно не факт, что процесс будет проходить в таком русле и в такие сроки, и вообще таким образом…»
Из этой, сразу оговорюсь, многозначной фразы, можно понять, что проект «Реструктуризации школьных сетей» (РШС) в Тольятти не приостановлен, как считают многие родители. Иначе откуда «процесс будет проходить…», пусть даже видоизмененным и не в те сроки? Цитирую: «на сегодняшний день в кварталах работают 6 групп для того, чтобы понять, что внутри, какими ресурсами владеют территории, каковы их потребности…» То есть идет сбор информации, а не прощупывание почвы на готовность к эксперименту. Но как-то трудно представить, чтобы в департаменте образования не знали о потребностях и ресурсах территорий.
По поводу недостаточной информированности общественности о задачах и последствиях эксперимента, Еремина ответила: «Обвинять нас в закрытости — верх несправедливости, более открытого обсуждения проекта и представить невозможно…».
На вопрос о том, чей заказ выполнял департамент образования, создавая проект реструктуризации, Елена Ивановна не ответила. Я поинтересовалась, кто такой Л. И. Фишман, руководитель проекта «Реструктуризации школьных сетей Тольятти»? Хотелось узнать, какими учеными степенями обладает этот человек, большой ли у него практический опыт работы в школе, однако и тут Елена Ивановна ушла от ответа.
По поводу возможной «пересортировки» школ, детей (на предмет введения обучения по трем ступеням образования), в результате которого многим детям придется ездить по всему городу, Еремина заметила, что (цитирую): «Что за нелепые вопросы?! Человек в здравом уме не может себе этого даже допустить! Почему, как можно нам, чиновникам, занимающимся образованием, отказать в здравом уме?!.. Если вазовцев интересует, будут ли обучаться их дети в тех школах, в которых они хотят, то я говорю, что это будет именно так. Если их интересует, закончат ли их дети те школы, в которых они сейчас учатся, то я отвечаю: это будет так. Не будет никаких приказов, которые насильно заставляли бы кого-то перемещаться».

Отказавшись говорить о проекте, директор департамента предложила поговорить о том, что же будет со школьной системой Тольятти в ближайшее время, заверив меня, что с 1 сентября 2003 года никаких кардинальных изменений в школьной сети города не предполагается. Большое внимание она уделила предстоящей оптимизации школьного образования: «Что такое оптимизация? Это тот процесс, который не может не проходить в любой отрасли, в том числе и в образовании. Это выбор наилучшего варианта из имеющихся возможностей…И создание лицеев, гимназий, всего того, что сегодня мы боимся потерять, это тоже продукт оптимизации, может быть неосознанной. Но это и продукт желания самих родителей в том числе».

О дне сегодняшнем и завтрашнем

Между тем тольяттинское образование в ближайшие годы ждет следующее: к 2008 — 2009 годам численность учащихся в Тольятти сократиться почти на 14 тысяч человек. Демографический спад, безусловно, приведет к сокращению педагогических коллективов, и может быть даже к закрытию некоторых школ. И это реальность, с которой необходимо считаться. «Сегодня имеющиеся ресурсы расходуются не оптимально. Так будем оптимизировать школьную сеть или оставим все, как есть?» — задала мне вопрос Елена Ивановна. Как можно с этим поспорить?
Видимо для оптимизации тольяттинского образования и решено воспользоваться предоставляемыми кредитами всемирного европейского банка «Реконструкции и развития». «Банк дает кредит — отказываться от него — нерационально», — заверила Елена Ивановна. Может быть. Я спросила о том, а какой конкретно банк дает столь щедрые кредиты? Елена Ивановна ответила: «Я не обсуждаю эту тему, я не знаю, какой банк, документов у меня нет, денег я ни от кого не получала…»

Еще немного об эксперименте…

Помню, как отзывались педагоги (с солидным стажем!) о введении в школах так называемых классов коррекции, куда собирались все слабые ученики. Дети уже просто не хотели учиться. Зачем, спрашивали они, нам стараться, если мы все равно — дураки? Известно, что глупых детей не бывает, а есть больные, ленивые и педагогически запущенные дети. И настоящему педагогу надо постараться, чтобы пробудить в ребенке природную любознательность, интерес к наукам и искусствам. К тому же слабые ученики в классе, как правило, тянутся за сильными.

Непродуманные эксперименты дорого обходятся. Не согласна я с директором департамента и в том, что в любой отрасли идет оптимизация. Сегодня в России нет ни одной отрасли, которая бы находилась вне кризиса и критики. Да и оптимизацию любого процесса нельзя измерять только экономическими мерками, тем более в образовании.
Кое-что о конкретном заказе
Изучая довольно объемистый пакет документов, я наткнулась на любопытную фразу, цитирую: «Количество статусных ОУ (лицеи, гимназии, ОУ с углубленным изучением предметов) превышают реальную потребность, т. к. по данным психолого-педагогических исследований только 20% детей способны осваивать программы повышенного уровня сложности. А значит их количество, учитывая численность учащихся в них относительно общего числа учащихся, а также тенденцию роста числа детей с проблемами в развитии, должно быть сокращено». Во-первых, не понятно, на чьи данные ссылаются авторы проекта, приводя «данные психолого-педагогических исследований». Откуда такие проценты? Если наша образовательная программа рассчитана на среднего ученика, то значит, 80% учащихся не способны к обучению в лицеях? Отстают в умственном развитии? И для них должна быть закрыта дорога в высшее учебные заведения? И теперь надо закрывать лицеи, и срочно организовывать специализированные учебные комбинаты для обучения этих 80% детей рабочим специальностям? Об этом же говорила и Е. И. Еремина: «Почему троечники должны идти в инженеры?

… А кто будет создавать материальные блага?»

Так вот, оказывается, чем всех больше озабочен на сегодня городской департамент образования! Наиглавнейшая задача «реструктуризации школьной сети» — это пополнение Тольятти квалифицированными рабочими кадрами. А что стоит за фразой «изучение запросов работодателя»? Чьи запросы изучали чиновники от образования, чтобы спрогнозировать в процентах, сколько наших детей могут иметь высшее образование, а скольким следует рассчитывать только на рабочую вакансию?

Ответ может быть очевиден: кредиты под «перестройку» тольяттинского образования дает международный европейский банк «Реконструкции и развития», который так же является кредитором совместного предприятия «АВТОВАЗ — Джи-М». Понятно, что столь представительное предприятие как «Дженерал Моторс» будет расширять свое присутствие на российском рынке, в том числе и в городе. Но к качеству работы, и в вопросах подготовки кадров у американцев свои требования. Неужели, если совместному предприятию это будет нужно, оно не откроет собственного специализированного комбината по обучению? Зачем же департаменту образования таким образом решать кадровую проблему для пока несуществующих предприятий? Почему надо так активно печься об интересах дядюшки Сэма? Чтобы под рукой у него всегда был большой выбор высококвалифицированных рабочих кадров? И тем самым лишать наших детей права выбора? Ведь окончив школу, любой ученик может и в МГУ поступать, а после «реструктуризации»? Обучаясь в «не академической» школе, ребенок навсегда проститься с мечтой о высшем образовании. Или здесь вопрос в демографическом спаде? Молодежи будет меньше, да и вдруг она, закончив наши доморощенные лицеи, вознамериться учиться в столицах или еще где, разъезжаться станет? Пока есть только вопросы, нет ответов.

Все зависит от чиновника

Итог разговору подвела Надежда Хитун, заместитель мэра по вопросам образования. Она подтвердила факт получения кредита от международного европейского банка «Реконструкции и развития». Но уверила всех нас в том, что пока мэром города является Николай Уткин, «реструктуризация», напугавшая многих тольяттинцев, не пройдет в том виде, в котором предлагалась в проекте. Да, оптимизация школьной сети будет продолжаться, но по каждой конкретной школе вопрос будет решаться на коллегии мэрии. До тех пор, пока у руля города находится Николай Дмитриевич, А вот если мэра переизберут, подчеркнула Надежда Ивановна, то родителям уже никто ничего гарантировать не сможет. Выборы же не за горой. Увы, в России как всегда, все зависит от конкретного чиновника.

Лариса АГИШЕВА

Источник
Категория: Тольятти отбилось! | Добавил: карп
Просмотров: 429 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 5.0/2
Всего комментариев: 0
avatar